Моника Беллуччи. Актрисы после сорока

style=""/>Прошли времена, когда актрисы после сорока или пятидесяти готовились лишь к ролям бабушек либо к завершению карьеры. 51-летняя Моника Беллуччи стала сексуальной героиней новой картины о приключениях агента Джеймса Бонда. Недавно разведенная итальянская кинодива считает, что в ее жизни наступил прекрасный период время: теперь можно легко соблазнять и наслаждаться свободой.

Когда начались съемки новой серии о приключениях английского секретного агента «Спектр», нее внимание киноманов оказалось прикованным не к исполнителю главной роли, актеру Дэниелу Крэйгу, а к новой бондгерл. «Что, девушка Бонда в пятьдесят лет?!» — удив­лялись скептики. Беллуччи и сегодня даст фору большин­ству молодых актрис по части красоты и сексуальности», — парировали поклонники ита­льянки. Сама же Моника сразу расставила все точки над заявив: «Я не девушка, а жен­щина Бонда.

Действительно, в жизни любой женщины наступает момент, когда обращение «девушка» становится сомни­тельным комплиментом из-за явного противоречия с реаль­ностью. В Советском Союзе, например, на зов «девушка» были вынуждены откликаться работники торговли и обще­пита вплоть до пенсионного возраста. Актриса же реши­тельно пресекла подобную инициативу. В свои пятьдесят один она; стала самой зрелой женщиной Бонда, или бонд-леди. И (судя по трейлеру «Спектра») одной из самых сногсшибательных.

Однако итальянская киноди­ва считает, что ее роль в «бон-диане» — это не только персо­нальный риск режиссера Сэма Мендеса, но и примета вре­мени. «Легендарные актрисы Катрин Денев, Изабель Юппер, Шарлотта Рэмплинг до сих пор участвуют в рекламных кампаниях популярных брен­дов. Сегодняшние 50-летние женщины генетически отли­чаются от своих сверстниц, которые жили поколение или два назад. Другими словами, общество наконец осознало, что зрелая женщина не теряет своего обаяния с годами, она не перестает быть женщиной только потому, что стала старше», — считает Беллуччи.

Я просто наслаждаюсь жизнью

Но что означает для актри­сы, которая была эротической мечтой доброй половины мужского населения плане­ты, становиться старше? Если верить Монике, ей не труднее, чем обычному человеку. «Всем нелегко стареть… Сейчас я больше всего думаю о здоро­вье. С течением времени мы теряем свою биологическую привлекательность, но нам открывается другая красота — красота опыта. Сейчас я пони­маю, почему внуки больше любят быть с бабушкой, чем с мамой. В зрелых женщинах чувствуется покой и житей­ская мудрость».

Какие же чисто практиче­ские меры принимает актри­са, чтобы как можно дольше чувствовать себя комфортно в своем теле? На этот вопрос Беллуччи отвечает с досто­инством настоящей итальян­ской женщины, которая знает цену удовольствиям: «Главное правило — питать влагой свое тело, поэтому я пью много воды. Но поскольку я итальян­ка, то очень люблю поесть. Я обожаю спагетти, однако если буду употреблять много мучного, ничем хорошим для меня это не закончится. Поэтому периодически сажусь на диету и питаюсь рыбой, овощами и фруктами. Но, как правило, я просто наслажда­юсь жизнью и пью вино!»

Вообще, Монику уже поряд­ком достали все эти разгово­ры о возрасте, вызванные ее участием в фильме о Джеймсе Бонде. Актриса устала дока­зывать журналистам, что у нее все отлично, и она с опти­мизмом смотрит в будущее. «Должна сказать, что сейчас я чувствую себя намного лучше, чем когда мне было двадцать лет, — говорит кинодива. -Я стала более счастливой, чув­ствуя себя полноценной. Это благодаря детям. Моя работа — моя страсть, но дети все же на первом месте. Сначала я мама и лишь потом актриса».

По словам Моники, сегод­ня она просто наслаждается своей свободой. «Если я одна, это не значит, что я одинока. Я только-только закончила 18-летние отношения и сей­час привыкаю к свободе», -утверждает актриса. Кстати, итальянка считает, что сейчас очень хорошее время для того, чтобы зрелой красивой жен­щине быть свободной, ведь все больше и больше молодых парней начинают встречаться  с женщинами, которые стар-, ше их на десять, двадцать, а то и больше лет.

«Что плохого, если мужчи­на за тридцать встречается с женщиной за пятьдесят? Это вопрос, касающийся их энергии и души, а не возраста и тела. Настоящая сексуаль­ность находится у нас в мозгу, в воображении, а не в возра­сте нашего тела. Поэтому я не удивляюсь, когда двадцати или тридцатилетние мужчины часто ищут внимания намно­го старшей их женщины. Мужчины до сих пор считают Изабель Юппер, Катрин Денев и Шарлотту Ремплинг очень привлекательными. Они смо­трят на Джуди Денч и видят силу и мощь, которая таится у нее внутри. И это очень при­влекает. Я мечтаю, что, когда состарюсь, у меня будет такое же внутреннее богатство».

Ради интереса

За свою 25-летнюю карьеру в кинематографе Беллуччи уже давно привыкла к тому, что многие объясняют ее популярность лишь роскош­ными внешними данными. Таким критикам актриса любит отвечать словами Оскара Уайльда: «Публика помнит красоту лишь пять минут, если у вас нет ничего другого, чтобы удержать ее внимание». К счастью, красо­та Моники чудесным образом дополняется талантом и сме­лостью. Сексуальная итальян­ка часто соглашалась на съем­ки, которые истощали ее как психологически, так и физи­чески. Чего только стоят роли Марии Магдалены в «Страстях

Христовых» или жертвы маньяка в «Необратимости». Однако она всегда считала, что усталость после съемок — это неотъемлемая часть актерской профессии. Иначе просто неинтересно. Тело актера, даже такое роскошное и красивое, как у нее, лишь инструмент, на котором он должен сыграть свою партию под руководством режиссера.

«Думаю, что профессия актера одна из самых жестких, — убеждена Моника. — Если вы пианист, у вас есть рояль, если вы гитарист, у вас есть гитара. Но если вы танцор или актер, то ваш инструмент — ваше тело. Не правда ли, когда мы смотрим на танцоров, нам часто кажется, что они парят над сценой. Но я уверена: когда артисты приходят в свои маленькие гримерки, их ноги часто разбиты в кровь. Однако когда они танцуют, не чувству­ют боли, не видят этой крови. Актеры делают то же самое со своими телами — они как бы забывают, что у них там под кожей, внутри».

Неудивительно, что Беллуччи не хочет подобной судьбы для своих дочерей: «Я бы предпочла, чтобы они выбрали более спокойную профессию. Но если моя дочь скажет, что не представляет жизни без сцены, я не смогу ее остановить. Считаю, что у человека должна быть страсть, которой он готов посвятить жизнь».

После того как знаменитая итальянка совершила револю­цию в легендарной эпопее об агенте 007, многие задаются вопросом: не собирается ли она успокоиться и покинуть кинематограф в расцвете сил и красоты? Судя по всему, не в ближайшие десять лет. «Сегодня на земле остался лишь один человек, которому мне хочется что-то доказывать, — призна­ется Моника, — и этот человек — я. Мне нравится пробовать новое. Если кто-то приходит ко мне с новой идеей, и она мне интересна, я соглашусь, даже если это будет очень рискованно. Я люблю филь­мы, которые вызывают споры. Так было с «Необратимостью» или с «Маленой». Мне нравит­ся исследовать темные сто­роны человеческой природы. Поэтому я и актриса. Хотя мои -дочки уверены, что я не рабо­таю. Старшая мне как-то заяви­ла: «Мама, когда я выросту, тоже хочу не работать, а сидеть дома с детьми». А младшая сказала: «Жизнь прекрасна. Мы всегда в отелях и разных новых домах. Так интересно». И я с ней пол­ностью согласна!»

Комментарии запрещены.

Статистика


Яндекс.Метрика