Почитай мне, папа

Ленка положила на блок телефонную трубку и обессилено опустилась на табуретку. На лице любимой; большими буквами было написано отчаяние… Впрочем, так часто бывает, когда она общается со своей мамочкой. Интересно, что на этот раз сообщила ей моя драгоценная теща?

— Это катастрофа! Я знала, я чувствовала,, что так будет! — наконец сквозь слезы выдавила из себя жена.

— Все псу под хвост!

— Что случилось? — отложив газету, обеспокоенно спросил я. — Чем это матушка тебя так расстроила?

— Сказала, что завтра не сможет приехать! Представляешь? Значит, мой доклад накрылся медным тазом! А если я не буду участвовать в этом чертовом семинаре, шеф сожрет меня со всеми потрохами! Без масла! И ведь, главное, не отмазаться. В нынешней ситуации дразнить начальство небезопасно! «Чурбан» может разозлиться и заставит меня написать заявление по собственному… Как пить дать заставит. В нем же нет ничего человеческого! Он больше похож на троглодита. — Не преувеличивай… — начал я, но она только досадливо отмахнулась. Дело в том, что Ленку отправляли на выездной семинар: два выходных плюс понедельник. Тренинг у них в фирме какой-то придумали. Наличие маленького ребенка уважительной причиной не участвовать в семинаре не считалось. Шеф жены больше всего ценил в подчиненных покладистость, безотказность. Более того, намекнул, что от активности сотрудников в данных мероприятиях напрямую зависит их выживаемость в этой фирме. Поэтому мы с Данъкой приготовились отпустить нашу мамочку на целых три дня в пригородный санаторий, снятый фирмой на время семинара. А любимая Данькина бабуленька, то бишь моя теща, великодушно обещала на это время перебраться к нам: помогать зятю воспитывать Даньку. И вдруг сообщила, что не приедет…

— Так что там с мамой? — уточнил я.

— Опять приступ радикулита, — удрученно развела руками Ленка. — Говорит, что даже с постели подняться не может. Куда уж тут в дорогу. Да и вообще… Придется звонить шефу. Черт с ним, уволит так уволит!

— Погоди, Ленчик, — остановил я ее. — Если вопрос стоит так жестко, то ты должна поехать.

— Да ты что, Матвей?! Я же там с ума сойду от переживаний!

— Да чего переживать-то? Поверь, мы с Данькой прекрасно сами со всем справимся! Он уже мужик взрослый!

Да, сына? Ты мужик или не мужик? — Музик! — кивнув, хлопнул меня по протянутой ладони Дунька. Такой у нас с ним знак согласия. Весь вечер и полночи жена варила-жарила-парила. Чтобы нам с Данькой оставалось только разогреть еду.

Попутно давала указания: где лежат рубашечки, где — шортики, в котором часу ребенку надо обедать, в котором — ложиться спать… Я слушал вполуха и автоматически кивал головой, так как был сонный и мечтал поскорее добраться до кровати… Утром, проводив Ленку до метро, я быстро вернулся домой, пока сын не проснулся. Сварил себе кофе, включил телевизор: посмотреть новости спорта. Вчера прошла серия боксерских поединков, и я спешил узнать подробности.

Успел сделать только пару глотков кофе, как дверь детской комнаты с треском распахнулась и чадо появилось на пороге.

— Папа! Я уже поспал! Пошли умываться! — провозгласил Данька.

Я со вздохом отставил чашку.

— Пошли… Которая щетка твоя? — спросил, останавливаясь в ванной перед умывальником.

— Вот эта, с зайчиком. Только ты мне эту пасту не давай, я пробовал, она горькая. У меня своя паста, с бананчиком. Только она вчера кончилась. А мама новую купила.

Я осмотрел все полки в ванной, заглянул в шкафчик… Ничего.

— Сыночка, мама, наверное, забыла купить тебе пасту с бананчиком. Давай почистим зубы нашей пастой.

— Не хочу вашей! — заупрямился трехлетний сын. — Она щиплет язык и совсем невкусная! Вот попробуй! Я вздохнул: начинается… Сюрприз первый. И как же Даньку уговорить?

— Хорошо, не будем чистить зубы. Умывайся, — нашел компромисс.

— Нельзя не чистить. Тогда зубки почернеют и повыпадают. И дядя доктор будет их больно сверлить. Мне бабушка рассказывала! — сын был непреклонен.

И тут мне в голову пришла идея.

— Знаешь что? Вообще-то настоящие мужики всякими сладкими пастами зубы не чистят. Это только слабые девчонки всякими бананчи-ками и клубничками чистят. Но ты, конечно, еще маленький… — я сделал серьезное лицо.

Данька клюнул на мою хитрость и, завопив: «Я большой!», тут же выхватил у меня из рук тюбик с пастой. Уф! Кажется, с этой проблемой я справился. Теперь предстояло накормить сына завтраком. Вероятно, Ленка поняла, что устный инструктаж — дело ненадежное, поэтому на всякий случай прикрепила в кухне на холодильнике длиннющую инструкцию по воспитанию и кормежке ребенка в ее отсутствие. Я заглянул в бумажку. Что там у нас должно быть на завтрак? Ага, овсянка и творог. «Молоко — в холодильнике, крупа — в шкафчике», — написала жена. А вот и рецепт, как варить овсянку. Ну что ж, приступим…

— Овсянку не хочу, — неожиданно заявил отпрыск. — Хочу омлетик. Пришлось поднапрячься, вспомнить золотые студенческие времена, кухню в общежитии… Нет, мы тогда готовили яичницу-глазунью. Так что омлетик я не умею… Поискать, что ли, в Интернете рецепт?

В общем, с завтраком справились. А вот посмотреть новости мне опять не удалось, потому что Данька потребовал, чтобы я включил мультик про Шрека. Ну, конечно, я не собирался позволять ребенку долго сидеть у телевизора. Решил ограничить просмотр одной части. Данька не сводил взгляда с экрана, притопывая в такт песенкам и даже пытаясь подпевать. Я взял газету, но сын влез мне на колени, потребовав решительно:

— Папа, давай вместе смотреть!

— Сынок, это детский мультик, — попытался сопротивляться я.

— А мама со мной всегда смотрит! — привел веский аргумент сынишка.

Я послушно отложил газету. Минут пять смотрел, а потом глаза закрылись сами собой. Но Даня не дремал толкнул меня локтем в бок.

— Папа, смотри! Сейчас он ему как даст! А он ка-а-ак упадет!

Я старательно вытаращил глаза… Наконец мультфильм закончился.

— Жалко, — вздохнул сын. И тут же решил: — Будем рисовать, да?

— Хорошо, но сначала я должен посмотреть новости. А то вдруг в мире что-то случилось, а я не знаю. Сынишка в раздумье насупил брови.

— Ладно. Только недолго. Однако через минуту уже спросил:

— Ну что, посмотрел? Ничего там без тебя не случилось?

Я с сожалением выключил телевизор: все равно этот непоседа не даст сосредоточиться. И как это Ленка ухитряется делать все одновременно? И с сыном общаться, и по магазинам бегать, и еду готовить, и стирать, и убирать… А еще и какие-то разработки писать для своих семинаров. Вот умница… Худо-бедно, но до вечера я кое-как еще продержался. В девять часов по телевизору должны были транслировать важный баскетбольный матч.

Я весь день мечтал о том, чтобы сесть в кресло, открыть банку пива и с наслаждением смотреть, как побеждает моя любимая команда. Даня будет в это время спокойно сопеть в две дырочки и видеть сладкие сны.

— Доброй ночи, — уложив в кроватку, я поцеловал сына в лоб, поправил одеяло. — Папа будет в комнате рядом. А ты потихоньку засыпай.

— А сказку? Мама всегда читает мне на ночь сказку! — уведомил сынок. Н-да… Я так часто возвращался домой поздно, что не знал об этом…