Вернуть Надежду Савченко

style=""/>Каждый украинец сегодня следит за судьбой этой женщины-воина. О ее неволе пишут в мировых СМИ. За ее свободу борется Украина и Европа. Ею восхищаются и гламурные барышни на светских вечеринках и в боях стойкие мужчины в погонах. Это и есть ее большая слава, тот звездный час, который наступил в самый тяжелый период ее жизни. Старший лейтенант, летчик-оператор вертолета Ми-24 Надежда Савченко стала символом несокрушимости украинской армии и первой за 23 года независимости Украины военнопленной.

Известность Надежда получает после ее циничного похищения Россией. Те самые братья-соседи, каковыми мы их считали всего полгода назад, незаконно вывозят Савченко в Воронеж и вскоре — без следствия и закона — называют беженкой, убийцей и… сажают за решетку. Только через месяц неволи она получает возможность обратиться к украинскому народу. «Лучше умереть в Украине, чем жить в России», — пишет из-за решетки летчица. Свои послания она называет «Правда» и передает всем украинцам через консула и своего адвоката.

Наша героическая Надежда отрицает свою вину: «Я не убивала журналистов и никогда бы не убила человека без оружия». Она признается украинцам, что скучает по Родине: «Тяжело не слышать украинский язык, вокруг звучит только российская речь. Никогда не подумала бы, что это так тяжело для ушей». Заверяет, что не сдастся: «Главное, верить, что все хорошо! И главное — не думать о доме, потому что это также тяжело…» И обращается к президенту: «Я-то выдержу! А Вас я искренне прошу помочь Украине. Хочу верить в то, что у Вас все получится лучше, чем у предшественников, и на нашей земле наступят мир и согласие. Я верю в Украину, в свой народ и хочу верить Вам как гаранту!»

 

Из плена — в СИЗО

Воевать на Восток 33-летняя Надежда Савченко ушла по собственной воле.

«Мама, не волнуйся! Все! Помахала рукой, улыбнулась и… закрыла дверь», — рассказывает 76-летняя вдова Мария Савченко, которая теперь в киевской квартире встречает рассветы с молитвами о старшей дочери. Вспоминает, в тот день, когда Надя приняла военное решение, отговорить ее никто не мог: «Я ей говорила: «Надя, не уезжай, не езжай на войну, это же мужское дело». — А она: «Мама, я патриот, ты нас так воспитала. И я пойду свою страну защищать!»

Женщина-офицер, которая служит в украинской армии более десяти лет, берет отпуск и за свой счет покупает билет на поезд в Луганск. Там знакомится с ребятами из батальона «Айдар» и становится одним из лучших солдатов. Опытной Надежде Савченко поручают заниматься военной подготовкой молодых ребят.

«Почему я провожу свой отпуск здесь? Потому что за 23 года развала армии всеми нашими президентами, всеми нашими министрами обороны мы дожились до того, что воевать должен народ. У нас не хватает ресурса вооруженных сил, их навыков и патриотизма. Кто же, если не я?» — так объясняет Надя свой выбор.

За несколько недель на Востоке Савченко становится своей в мужском коллективе. Один из бойцов, Александр Алиев, рассказывает: «Надя мне напоминала Жанну д’Арк. То, что она женщина, меня абсолютно не смущало. Я был готов под ее командой идти куда угодно, потому что я видел — она знает, что делает».

Судьбу нашей героини переворачивает один бой. Возле луганского городка Счастье 17 июня «айдаровцы» попадают под обстрел террористов. Савченко в первых рядах спасает раненых, но уже через несколько часов ее берут в плен. Позже Надя напишет, что страшно в тот момент ей не было: «Я смеялась от осознания иронии факта — попасть в плен к собственному народу».

«Это ты по нас стреляла? Снайперша!» — боевики ЛНР с первых минут плена называют женщину умелым стрелком. О боевой подготовке летчицы ходили легенды, а в камеру, где Надю держали, всегда заходили трое вооруженных мужчин.

Видео ее допроса в плену пророссийские сепаратисты выкладывают в Интернет, обвиняют Савченко в убийстве российских журналистов и объявляют Киеву торги за летчицу. Мол, готовы обменять женщину на своих соратников. Переговоры террористы ведут с представителями Минобороны почти две недели. Доселе по неизвестным причинам они срываются.

На 12 дней семья Нади теряет с ней любую связь. Мама-пенсионерка с утра до ночи в Киеве обивает пороги чиновников и каждый раз, выходя на улицу, разводит руками: «О, Господи, никакой, никакой надежды не остается». Младшая сестра, архитектор Вера, едет в Луганск и общается с террористами. «Шансов на то, что она жива, был мизер. Но пока он оставался, я боролась, — вспоминает девушка. — В первые дни плена Нади, когда я звонила на ее телефон, боевики отвечали: «Служба забоя домашних животных». И это было страшно…»

О местонахождении Надежды ее семья узнает из телефонного звонка. «Это был вечер, — вспоминает мама летчицы. — Позвонил некий Николай Шульженко, пред ставился российским адвокатом и сказал, что моя Надя в российской тюрьме».

 

«Братская» неволя

Как украинская военная из плена боевиков ЛНР попала за решетку воронежского СИЗО? Заявление, граничащее с фантастикой, обнародовали в Следственном комитете Российской Федерации. Там заверяют: женщина пришла к ним сама. Якобы Савченко сбежала из плена луганских боевиков и решила скрыться на территории России. В Воронежской области ее ловят полицейские и арестовывают, когда обнаруживают, что она проходит как подозреваемая по уголовному делу.

Почти месяц россияне удерживают Савченко у себя тайно. В знак протеста девушка на восемь дней объявляет голодовку, а вскоре объясняет: не ела, требуя допустить к ней украинского консула. «Ничего страшного в голодовке нет. Это несложно. Просто это единственная форма протеста в тюрьме», говорит Надя.

Ее арест шокирует Украину, мировое сообщество, в недоумении даже некоторые россияне. «История Савченко — это доказательство того, что Россия напрямую участвует в конфликте, — заявляет депутат Госдумы Илья Пономарев. — Не знаю, как наши власти теперь будут отмываться».

 

За спасение мужественной Надежды берется сам Петр

Порошенко. Для ее защиты украинский МИД совместно с семьей Савченко приглашает независимого известного российского адвоката Марка Фейгина. Он прославился делом скандальной панк-группы Pussy Riot и пообещал украинцам — Надежду спасет!

С тех пор как об аресте военнопленной узнает Украина, в следственный изолятор к ней россияне не допускают даже украинского консула, нарушая все международные обязательства. Неделю дипломат штурмует СИЗО Воронежа и все-таки, с девятой попытки, добивается встречи с арестованной летчицей. Она впервые рассказывает о своей неволе: «Ополченцы продали меня или на что-то обменяли российским спецслужбам. В Россию меня вывозили шестью машинами, в наручниках и с мешком на голове».

Летчицу увозят в Воронеж и, по ее словам, еще неделю удерживают в местной гостинице «Евро», неизвестные лица называют ее своей «гостьей», допрашивают даже на детекторе лжи, якобы «как свидетеля по делу против Авакова и Коломойского».

30 июня ее отвозят в СИЗО, выдвинув заведомо ложные обвинения. Навестить арестованную в Воронеже ни маме, ни сестре до сих пор не удалось: Веру за полчаса до отлета останавливают в киевском аэропорту. «Ни в коем случае сюда не летите, вас хотят  «взять», чтобы давить на сестру», говорит ей по телефону адвокат Марк Фейгин, и она возвращается бороться за Надю в Украине.

 

Первым делом самолеты

Если перефразировать известную песню, то об этой смелой женщине-офицере нужно петь: «Первым делом самолеты, ну а парни, ну а парни уж потом».

В шесть лет она с семьей впервые летела отдыхать в Крым, увидела самолет и влюбилась… в небо. «Оторвать ее не могла от окна самолета. Наденька все смотрела на облака и спрашивала: «Почему люди не летают?» Тогда у нее и появилось это рвение к полетам», — вспоминает мама летчицы.

Савченко не просто хотела летать, она мечтала научиться управлять боевым самолетом. К своей мечте шла почти 20 лет. Вначале овладела «мирной» профессией модельера-дизайнера. Затем посвятила жизнь армии. Трижды поступала в Харьковский университет воздушных сил, но получала отказ военных: «У тебя есть проблема: ты — женщина».

Однако Надежда не сдавалась! Устроилась на контрактную службу в десантные войска в Житомире. Ей казалось, что таким образом она будет ближе к небу. Мечтая о полетах, женщина обучилась стрельбе со всех видов оружия и прыжкам с парашютом. В 2005-м отправилась с миротворческой миссией в Ирак.

«Я не женщина, я солдат», — не раз повторяла Надя мужчинам, которые пытались делать для нее поблажки. После возвращения Савченко из горячей точки мужчины дают ей прозвище Пуля за боевую скорость и отличную военную подготовку. А Надежда в четвертый раз подает документы в харьковский вуз. И поступает.

Первый самостоятельный полет девушка сравнивает с раем: «Если бы было горючее, я всегда готова летать. Я не могу передать это чувство. Ты в раю. Мне казалось такое только в мультфильмах можно нарисовать. Это удивительное счастье в каждой клеточке твоего тела».

Стать боевым пилотом ей так и не удалось. В армии сказали, что женщинам запрещено управлять истребителями. И Савченко становится летчиком-оператором вертолета Ми-24. Служить женщину отправляют в львовский городок Броды. Ныне на ее счету более 170 часов налета.

Из-за любви к небу и самолетам она жертвует даже своим женским счастьем. Военные друзья рассказывают, что у Нади всегда было много кавалеров. Ухажеры не раз предлагали ей руку и сердце. Но девушка отвечала: «Нет. У меня есть мечта. И я точно знаю, что смогу летать на истребителе тогда, когда будет форс-мажор. Когда последний летчик откажется лететь на задание, мне скажут: «Надо на взлет — посадку оставь себе». Вот это будет мой полет. Я готова на такой полет. Я готова жить ради этого. И я не предам мечту».

Хотя мама летчицы признается, что не о таком армейском счастье она мечтала для дочери: «Когда она родилась, на улице была цветущая весна, и я сказала женщинам в роддоме: «Дай Бог, чтобы у наших детей жизнь была настолько красива, как эта весна!»

 

Девиз — не плакать!

У вдовы Марии Савченко Надежда и Вера — поздние дети. Женщина делится: все потому, что замуж вышла в 41 год. Когда появились долгожданные дочери, она с детства воспитывала их патриотками, учила быть самостоятельными. В этой женской семье не заведено было и плакать. Даже сейчас, в столь сложный период они сильны в своей вере и надежде.

«Только не плакать, никогда. Слезы — это слякоть и вода. Лучше молча как-нибудь, а иначе ночью не уснуть, — говорит Мария Ивановна. — У меня это девиз по жизни, и у дочек теперь. Как тяжело бы ни было — не показывать. А то телепатически родные все чувствуют».

За700 километровот киевского дома, в воронежском изоляторе плененная Надежда держится бодро. За месяц затворничества

первый украинец, который ее увидел, был консул Украины в России Геннадий Брескаленко. «Она улыбнулась и сказала, что рада слышать «рідну мову». На условия не жаловалась. На прощание поблагодарила Украину за поддержку и попросила всего лишь молока с овсяным печеньем», — вспоминает консул.

Теперь летчице Савченко предстоит долгая судебная тяжба. По российским законам она может длиться до двух лет. Надя уверяет — все выдержит! А ее мама и сестра твердо уверены: Украина вернет им Надежду гораздо быстрее.

«Что бы я ей сказала, если бы Надю завтра отпустили и она приехала домой? — задумывается Мария Савченко. — Я бы ее обняла… и прошептала: «Слава Богу, что ты, моя Наденька, осталась живой. Дорогая моя доченька, держись стойко всегда и оставайся патриотом до конца своей жизни».

Комментарии запрещены.

Статистика


Яндекс.Метрика